Пальто-одеяло возникло как одежда британского производства, которую носили во время торговли мехом в XVII и XVIII веках. Его широкое использование среди коренных народов, участвовавших в этой торговле, привело к тому, что такой фасон стали считать одеждой коренных народов. В этом контексте пальто-одеяло стало некой имперской ливреей — одеждой, которая очень банальным и коварным образом увековечивала дискурсы, прославляющие развитие нации. Об этом и о портновском творчестве Джона Джозефа Миллоя читайте на montreal1.one.
И это был не единственный пример одежды, вдохновленной проектами имперского господства. Позже модный монреальский портной Джон Миллой придумал очень похожий дизайн платья. Может ли быть, что дизайн платья был причудливой вариацией на тему пальто-одеяла? Трудно сказать, ведь эта одежда недостаточно похожа между собой, чтобы быть в этом уверенным, и недостаточно отличается, чтобы отбросить эту идею. Но все таки, если бы это платье намеренно отсылало к этому стилю пальто, что бы это означало.
Пальто-одеяло
В середине XIX века, после того, как коренные народы были вытеснены в самые отдаленные уголки своих прежних территорий, поселенцы переняли снегоступы и санки — два изобретения аборигенов для передвижения по Северной Америке — а позже превратили их в зимние виды спорта, наполнив британскими ценностями, спортивным мастерством, создав клубы и организовав соревнования. Они также переняли одежду, которую ассоциировали с коренным населением, для занятий этими видами спорта.
Катание на санках и ходьба на снегоступах стали колониальным зрелищем, которое натурализовало господство поселенцев над коренным населением. Очень живописный характер зимнего карнавала в Монреале был укоренен в этом зрелище, в котором поселенец демонстрировал свою способность покорять враждебную зимнюю территорию и на самом деле получал от этого большое удовольствие.
Но вернемся к одежде. Пальто-одеяло не единственный наряд, который имеет определенную стилистику, и является результатом акта памяти, пробуждающего основополагающие мифы прославленного прошлого. Можно вспомнить адаптацию моряцкого костюма, который имеет такие же триггеры. Он также был вдохновлен сложной профессией, которая поддерживала империю, хотя и на другой территории. Его характерные элементы постоянно переосмысливались в женской и детской моде того времени. В этом дизайне середины 1880-х годов они были переосмыслены таким образом, что стали напоминать платье Миллоя.
Поэтому пошитое на заказ платье Миллоя, возможно, выглядело поразительно и содержало новейшие модные тенденции, но в конкретном контексте, его визуальные ссылки легко воспринимались людьми, как еще одно проявление колониального перформанса. Как бы там ни было, но все это не помешало Джону Джозефу стать действительно модным и популярным, финансово успешным монреальским портным.
Тяжелое детство, эмиграция в Канаду
Джон Джозеф Миллой родился в многодетной католической семье в Ирландии. Он был третьим мальчиком из пяти. Причиной эмиграции семьи в Канаду был голод, или, как его окрестили в прессе того времени — Великий голод. Семья покинула страну ближе к концу волны ирландской эмиграции, вызванной этой трагедией. Приезд в Монреаль тоже не был особенно приятным.
В июне 1853 года, когда Джею было всего четыре года, семья прибыла в Монреаль, здесь как раз происходил бунт Гавацци. По иронии судьбы, его инициаторами тоже стали ирландцы. В итоге произошли беспорядки, во время которых вооруженные военные открыли огонь по толпе ирландских католиков, за то что они продемонстрировали свое отношение к антикатолической речи.
Через несколько лет после приезда семьи в Монреаль умирает отец Джея, который работал в Канаде обычным разнорабочим. Далее дети семьи Миллой должны были сами устраивать свою жизнь. В итоге старший из братьев нашел себя в ландшафтном дизайне, средний сын — занялся мрамором, став гранитчиком, а трое младших — пошли в каменщики. К слову, лишь Джону удалось достичь определенного успеха в этой области, двое других его братьев со временем поменяли работу.
Но потом все изменилось и в жизни Джона Джозефа Миллоя. Сначала он работал торговым портным. В эту отрасль судьба занесла юношу где-то в 1870 году. Суть бизнеса была проста — он предлагал клиентам готовую мужскую одежду и одежду по индивидуальному заказу в своем магазине — «Зал одежды Святого Иосифа». А уже через девять лет в 1879 году, Джон Миллой давал рекламу в газетах, что он обладает большим портновским салоном в городе и нанимает для работы лучших закройщиков.
Карьерный расцвет
Еще одной особенностью работы портновского салона Миллоя было то, что здесь обещали пошить мужскую одежду в сжатые сроки. Это очень нравилось тем, кто приезжал в Монреаль по делам. Так Джону Миллою удалось найти свою нишу, которая приносила ему прибыль.
Позже Джон Джозеф достаточно оперативно расширил собственный бизнес. Он начал обслуживать не только мужчин, но и женщин. Не обошлось без определенного везения. Дело в том, что в 1880-х годах набрала обороты мода на платья и костюмы, которые были пошиты на заказ. Такой нюанс — женские шерстяные костюмы для езды верхом, довольно долго шили именно портные-мужчины. В противовес шелковые и хлопчатобумажные платья обычно делали портнихи.
В последней четверти XIX века женщины стали более активными вне дома, занимаясь теннисом, гольфом и даже велоспортом, поэтому довольно часто встречались случаи, когда костюмы, которые были пошиты на заказ, считались верхом стиля и практичности.
В рекламе своего портновского салона в 1890 году, которая была размещена в туристическом путеводителе отеля, Миллой перечисляет ассортимент женской одежды, которую он мог пошить, список получился довольно убедительный — костюмы, одежда для верховой езды, шали, пальто из Нью Маркета и Ольстеретты, городские пальто и тому подобное.
К 1893 году Джон Джозеф Миллой пользовался репутацией, которой можно было позавидовать, причем он приобрел популярность среди женщин высших классов канадского общества, в том числе и среди жен своих британских землячек. Сохранились письма леди Стэнли, жены бывшего генерал-губернатора, к леди Абердин, жене следующего генерал-губернатора Канады.
Женщина предупреждает свою преемницу, что в Оттаве приличной портнихи просто нет. Однако она рекомендовала ей замечательного портного из Монреаля. Его фамилия Миллой. А еще леди Стэнли добавила, что у него высокие цены, и он тяжел на характер, но очень хорошо выполняет свою работу.
Последние годы жизни
Но не всегда все было безоблачно и радужно. На протяжении карьеры Миллой познал нескольких заметных неудач, которые «подсветили» один, хоть и малоизвестный, но довольно важный аспект швейной торговли Монреаля. Речь шла о том, что для того, чтобы иметь клиенток в США канадским портнихам и портным приходилось нанимать агентов в Соединенных Штатах.
Это было нужно, чтобы они встречались с клиентами, снимали мерки и размещали заказы на мужскую и женскую одежду. Так вот, по состоянию на конец 1885 года таможенные чиновники США и Министерство финансов США уже более десяти лет знали об этом. А с налоговыми службами, как известно, лучше не шутить.
Что касается личной жизни, то в 1878 году Джон женился на Жозефине Шей — бруклинке, так же дочери ирландских иммигрантов, которая правда, родилась в Америке и окончила монастырскую школу близ Монреаля. У супругов были дети. Джон Джозеф Миллой и его жена умерли в 1837 году.
Источники: